Эпитафия № 1157

Там, где быль,
И там, где небыль
Растворит тоску-печаль.
Я там был,
А может, не был…

Застыв на ветру
У синего льда,
Я скоро умру –
Уйду навсегда.

Знает синий лес да пустынный скит,
Что на два венца врос в гранит скалы,
Да еще печаль плакальниц ракит,
Да еловый дух в янтаре смолы.

Я привык к тому, что всю жизнь мне везло,
Но я поставил на двойку, а вышел «зеро»,
И вот самоубийца берется за перо
И пишет…

Слезы людские, о слезы людские,
Льетесь вы ранней и поздней порой…
Льетесь безвестные, льетесь незримые,
Неистощимые, неисчислимые, —
Льетесь, как льются струи дождевые
В осень глухую, порою ночной.

Я ищу свободы и покоя!
Я б хотел забыться и заснуть!

Слишком скучно быть бессмертным —
Те же лица день за днем,
Те же умные ответы
На вопрос «Зачем живем?».

Я на смерть пойду гордо, как герой!

Он успел по благословению Господа! (XXXIII.16).

И каждый шаг всё тяжелей,
И рвётся к сердцу дикий страх.
Но цель близка, а что за ней,
Не видно мне — туман в глазах.