Эпитафия № 4410

Армия жизни помнит о том, что на земле никогда
Не прекращалась война.

Я о земном упомню и в раю…

На крепко сомкнутых губах
Улыбка кроткая застыла,
И что-то радостное было
В его младенческих чертах.

Нынче на родной земле стало тесно…

И там у седьмой звезды
Ты стань снова молодым.

Я кричу, но ты не слышишь мой крик
И никто не слышит…

Свет благодати сияет ярче жизни

Прочти — слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет. Не думай, что здесь — могила
Что я появлюсь, грозя…
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!
И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились…
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!
Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед,-
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.
Но только не стой угрюмо.
Главу опустив на грудь,
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.
Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли…
И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

Не плачь, что это закончилось. Улыбнись тому, что было!

Я счастлив, что я умер молодым.
Земные муки — хуже, чем могила.
Навеки смерть меня освободила
И сделалась бессмертием моим.