Эпитафия № 4391

Живите полной жизнью, дети мои! Жизнь до смерти гораздо интересней.

Там — лишь черная вода,
Там — забвенье навсегда

Блажен человек, которого сила в Тебе, и у которого в сердце стези направлены к Тебе! (LXXXIII.6).

До того, как мы чашу судьбы изопьем,
Выпьем, милая, чашу иную вдвоем.
Может статься, что сделать глотка перед смертью
Не позволит нам небо в безумье своем.

Тихо плачу и пою,
Отпеваю жизнь мою…

Теперь его судьба
Тенью бродить.

Вот этот прах, остатки бытия,
Где лика нет, где очи уж истлели, —
Урок тому, кого пленять умели,
В какой тюрьме жила душа моя.
Кто этот гроб слезами орошает,
Тот понапрасну верит, что вернет
Его слеза сухому древу плод:
Ведь по весне мертвец не воскресает.

Как дети в жизни мы достойны сожаленья!

Вверху горит твоя звезда,
Мой взор манит она всегда!
Меня к тебе она влечет
И с высоты к себе зовет!

Когда увижу я нежданно погребенье
И мыслю, что собрат, земной покинув пир,
От жизненных трудов найдя успокоенье,
Сокрылся навсегда в неведомый нам мир,
Тогда опустятся невольно руки долу,
И дух мятежный мой смирится и молчит,
И скорбная душа к отца небес престолу,
Безмолвствуя, в мольбе, но с трепетом летит