Эпитафия № 4374

В тот миг душа свята, она чужда земного,
Она так далека всех жизненных сует,
И у подножия престола всеблагого
За милость и покров дает ему обет.

Бог недаром повелел каждому быть на своем месте. Нужно только осмотреться вокруг.

Спи с миром и
Моли Бога о нас.

Я сохранял свои воспоминания,
Которыми все эти годы жил.
Я их хранил на сумрачной вершине,
Во тьме бездонной пропасти хранил.
На самом дне хрустального кувшина
Как каплю высохших чернил!

Моя отчаяная смелость
Могла бы вызвать восхищенье,
Но только я не знаю меры.

Хватит храбриться, участь у всех нас одна:
Самоубийство это уже не война.

Моя нелепая больная жизнь
не оборвется на надрывной ноте.
Я буду постепенно таять
И уходить… как всё уходит.

Взять бы сердце в руки и до боли сжать,
Нет сильнее горя, чем родных терять.

Не может быть! не может быть!
Она жива!.. сейчас проснется…
Смотрите: хочет говорить,
Откроет глазки, улыбнется,
Меня увидит, обоймет
И, вдруг поняв, что плач мой значит,
Ласкаясь, нежно мне шепнет:
«Какой смешной! о чем он плачет!..»
Но нет!.. лежит… тиха, нема,
Недвижна…

Голос твой заблудился здесь,
День и ночь он звучит во мне.