Эпитафия № 4291

Горит вавилон и дым настигает луну.
Идут корабли ко дну, исполняя пророчество.
Сходят с орбиты сотни небесных светил.
И у меня впереди сто лет одиночества…

Замерзают в улыбке губы,
Видишь, до смерти извелась.

Как мало молодость жила!
Цвели б любовь и человечность
Да жизнь другая позвала
И навсегда ушла ты в вечность…

Грехов юности моей и преступлений моих не вспоминай; но милости Твоей вспомни меня Ты, ради благости Твоей, Господи! (XXIV.7).

Совершенствовал жизнь…

Ты успел в самый раз — умереть молодым.

Прости, что мы свою любовь отдать тебе при жизни не решились,
Ты нам простил, от нас ушел, мы должниками вечными остались.

Истощены бесплодно наши силы;
Мы не щадя их тратили в борьбе;
Но у дверей темнеющей могилы
Мы не пошлем проклятия судьбе.

И на земле она, как ангел, улыбалась:
Что ж там, на небесах?

Полусвет, полумрак —
Тайна перехода от росы до огня.
Сквозь туман тянется к небу земля,
Клином птиц в дорогу кличет меня.