Эпитафия № 4245

Будет осень и снова зима,
Расцветут тополя и березы,
Только с нами не будет вас
Не унять наши горькие слезы.

Ты стал сам себе судьей, но смерть твоя не в счет

И вот в рядах отечественной рати
Опять не стало смелого бойца —
Опять вздохнут о горестной утрате
Все честные, все русские сердца.

Время как змей вьется вокруг себя,
В книге смертей будет глава моя.

Когда увижу я нежданно погребенье
И мыслю, что собрат, земной покинув пир,
От жизненных трудов найдя успокоенье,
Сокрылся навсегда в неведомый нам мир,
Тогда опустятся невольно руки долу,
И дух мятежный мой смирится и молчит,
И скорбная душа к отца небес престолу,
Безмолвствуя, в мольбе, но с трепетом летит

В книге поколений — достойная страница

Из этой жизни хорошо уйти, как с пира: не жаждая, но не упившись

Враг украл твою мечту,
Что ты ковал в поту —
Ведь свет своей души
В те камни ты вложил.

О, если б до привала добрести,
Поверить, что придет конец пути!
О, если б через многие столетья
Хотя б травой из праха прорасти! (Омар Хайям)

Я не знаю, что теперь со мной,
Я летаю — крылья за спиной.
Я не ангел, я не смог им стать,
Я не знаю, как тебе сказать.