Эпитафия № 4072

Ушел мой незабвенный друг в покров пречистый и святой
в неведомый нам грешным мир другой…

Помышляя о Боге своем, он действовал от всего сердца своего, и имел успех!

Известна мудрость твоя и доброе расположение твоего сердца! (VIII.29).

Ты жив/жива, но для всех исчез/исчезла в черных облаках…

Все, что было — свет мой,
Чистый и святой.

Чтоб не плакать и не скорбить,
И любых избежать потерь,
Никогда никого не люби,
Никогда никому не верь.
Но сама я так вряд ли смогу,
Скоро новая будет весна,
В другой жизни себе найду
Того, кому нужна.

Когда вырвут без жалости жизни побег,
Когда тело во прах превратится навек,
Пусть из этого праха кувшин изготовят
И наполнят вином: оживет человек.

Где нет ни ожиданий, ни страстей,
Ни горьких слез, ни славы, ни честей.
Где вспоминанье спит глубоким сном,
И сердце в тесном доме гробовом…

На скорбный хладный камень сей
Воззри всяк человек!
Вообрази в своем уме
Быстротекущий век.
Познай — когда-то и твоих
Настанет дней конец.
Спеши, успей себе сплести
Из добрых дел венец!;;

Жалкий след мой будет затоптан
Башмаками других бродяг.