Мы с тобой в мире одни — Лишь ты и я, и темнота… Мне хочется плакать и петь, И быть с тобой, во тьме с тобой. А если вдруг явится смерть, То пусть ее зовут любовь.
Нелегко искать объяснения и оправдания, С пулей в груди трудно быть непредвзятым. Но разве чужая боль не есть наказанье? И разве нет кары страшнее, чем быть виноватым?
«Как там в мире ином» — я спросил старика, Утешаясь вином в уголке погребка. «Пей! — ответил, — Дорога туда далека, Из ушедших никто не вернулся пока».
