Эпитафия № 3937

Я покину город до зари,
Взять забыв горечь обид.
Пусть погаснут все фонари —
Мне Луна путь озарит.

Здесь, в долине скорби, в мирную обитель
Нас земля приемлет

Где мудрец, мирозданья постигший секрет?
Смысла в жизни ищи до конца своих лет:
Все равно ничего достоверного нет —
Только саван, в который ты будешь одет…

Прости, что мне под небом звездным,
К твоей плите носить цветы.
Прости, что мне остался воздух,
Каким не надышался ты…

Когда внушеньям духа злого,
Как низкий раб, послушен ум,
И ничего в нем нет святого,
И много, много грешных дум.

Черный день! Как нищий просит хлеба,
Смерти, смерти я прошу у неба,
Я прошу ее у докторов,
У друзей, врагов и цензоров,
Я взываю к русскому народу:
Коли можешь, выручай!
Окуни меня в живую воду,
Или мертвой в меру дай.

Отпускаю ветер под честное слово,
Отвести беду стороной.
Облететь дождем, не разрушив основы,
Опоясать радугой зной.

Возможно, никогда мы не вернёмся, но
Когда грозит беда, быть страха не должно.

Ни боли, ни страданий, ни тревоги…

Мы отблеск реющих комет,
Где мы — там свет, там ночи нет.
Мы на мгновенье созданы,
Чтоб вызвать гаснущие сны,
Чтоб камни мертвые согреть,
Плясать, сверкать — и умереть