Эпитафия № 3907

Уходя, вам скажу, что не все суета!

А почему наутро блещут
Цветы над темною плитой?
В них слезы горькие трепещут
О жизни — жизни прожитой.

Я тоже зайду, когда будет рай — и там у вас на Земле.

И даже тишина звенит в моих ушах,
И стрелки, почему-то, застыли в часах…

Ты хотел всегда во всём быть только первым.
Ты хотел всех удивить.
Ты хотел держать свой звук на голом нерве.
Ты хотел не так, как все, здесь некого винить.

Зачем и кому это нужно?
Кто послал тебе смерть недрожащей рукой?
Беспощадно, так люто, так зло и бездушно
Кто пустил тебя в Вечный Покой?

Кто нам скажет рассказ этой смерти безмолвной?
Кто над тем, что грядет, приподнимет покров?
Кто представит нам тени, что скрыты, как волны,
В лабиринтной глуши многолюдных гробов?
Кто вольет нам надежду на то, что настанет,
С тем, что здесь, что вот тут, что блеснет и обманет?!

Улететь бы птицей
Прочь от проклятой земли,
С небом чистым слиться…

Нерасторжимы наши имена!

Жизнь в содержании, а не в сосуде.