Эпитафия № 3806

Смерть: полное затмение солнца и земли.

Я — первый Бог, что обречён
Жить под землёю,
Видеть агонию и боль
Творений рук моих.

Сердце все не верит в горькую утрату,
Будто ты не умер(ла), а ушел (ла) куда-то.

Тот, кто воскрес,
Смотрит с небес,
Взгляд полон вселенской тоски.

А он стоит перед глазами:
Живой, с улыбкой на устах…
Нет! Нет! Всегда он вместе с нами,
И будет жить у нас в сердцах!

Во многой мудрости много печали, и кто умножает познания, умножает скорбь

Но человека здесь мир суетный тревожит,
Тяжел обет души!.. Его он позабыл,
Без вздорных радостей он в мире жить не может
И всё, живя, грешит, как прежде он грешил.

Там спят мои младенческие грезы,
Мечты, любовь, надежда и покой;
Но с ними спят и горести, и слезы
Под тою же могильною доской.

Смерти не имать вкусити во веки!

Безвременно ушел ты на покой,
Оставив нас в печали.
Скорбим мы над могилой дорогой
И навсегда ты будешь с нами.