Эпитафия № 3766

Он приблизился, крылатый,
И сомкнулись веки над сияньем глаз.
Пламенная-умерла ты
В самый тусклый час.

Прими последний дар земной,
Любимый сын, муж, брат родной…

С жизнью покончен вопрос —
Больше не будет ни горя, ни слез!

Ой, беда приключилася страшная!
Мы такой не знавали вовек:
Как у нас — голова бесшабашная —
Застрелился чужой человек!

Засыпай под пенье дождя…

Кто чуял, кто ведал?
Чем обернется гроза?
Горе да беду
Нам ли обходить стороной?
Вьёт тропы дар Неба,
В ночь открывает глаза
Тем, кто держит путь
Вместе со мной.

Что от жизни моей что от смерти моей
Жизнь не станет богаче не станет мудрей
Задержусь ненадолго в обители сей
и уйду ничего не узнавший о ней.

Вечные сумерки здесь,
Нет ни людей, ни богов
Там ветра нет, там странный замок стоит
На краю времени!

Я буду ходить в дом Господень! (XXXVIII.22).

Если надо, — смирись и живи!
Об одном только помни, страдая:
Ненадолго — страданья твои,
Ненадолго — и радость земная.