Эпитафия № 3645

Кто-то скупо и четко нам отмерял часы
Этой жизни короткой, как момент полосы….

На землю мы еще вернемся,
Когда устанем от небес.

Ты — невинный ангел,
Ангел поднебесья.
В этой жизни странной
Ты не моя.

Конец! Как звучно это слово,
Как много — мало мыслей в нем;
Последний стон — и все готово,
Без дальних справок…

Вижу смутную землю — обитель скорбей,
Вижу смертных, спешащих к могиле своей,
Вижу славных царей, луноликих красавиц,
Отблиставших и ставших добычей червей.

От бежбожья до Бога — мгновенье одно.
От нуля до итога лишь мгновенье дано.
Береги драгоценное это мгновенье.
Жизнь — ни мало, ни много — мгновенье одно.

Весь народ оплакивал ее!

Скучно, ах, скучно жить под небом,
Даже, пожалуй, скучней под седьмым.

Мы знаем: Смерть не слышит нас,
Не видит наших потрясений.
Но разве это в грустный час
Удержит нас от слез и пеней?
Ты говоришь: забудь! Но сам
Ты бледен, ты готов к слезам.

Смерть стала утешением