Эпитафия № 3631

Смерти боятся те, кто так и не прожил свою жизнь полно и ярко.

Придавили груди мне крышкой гробовою,
Заковали рученьки медные замки.

Я и сам мечтал когда-то
Раскачать безумный этот мир,
Но умчалось все куда-то.
Все прошло, как с белых яблонь дым.

Вот он причислен к сынам Божьим, и жребий его — со святыми!

Горя страданий, отчаяния полны моря житейского бурные волны.
Брызги их — слезы и кровь. Но человеку в юдоли томления чудные
сестры даны в утешение. Вера, Надежда, Любовь.
И ободряя усталых душою, Вера приносит нам твердость с собою.
Гонит сомненья она. Смотрим вперед мы с надеждой смелее.
Темная даль и ясней, и светлее. Радостью дивной полна.
Третья сестра — это Божье дыханье, с ней не страшны никакие
страданья. Храм ее — наши сердца. В ней состраданье, жалость,
участье. В ней красота, всепрощение, счастье.
Царство любви без конца …

Мы ничего не знаем о них,
Как будто в детстве не было книг,
И учиться никто не заставил.

В объятиях земли покойся, милый прах!
Небесная душа, ликуй на небесах!

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

Но если надо выбирать и выбор труден,
Мы выбираем деревянные костюмы…

Я на время превращусь в шторм,
Как штиль.
Я пройду землею глубин,
Я когда-то здесь уже был.
Звезды —
Светлые слёзы.