Эпитафия № 3494

И пошлет ангелов Своих с трубою громогласною, и соберут избранных Его от четырех ветров, от края небес до края их (24,30,31)

Не спас от нищеты полет орлиных крыл,
Ни песней дар, ни сердца пламень!
Жестокие! У вас он хлеба лишь просил,
Вы дали — камень.

К нему, к нему, далекому навек,
Бегущему по водам Океана,
Чтоб отдохнуть на устьях мощных рек,
Средь стройных мачт родного каравана…

Благословен Ты в городе, и благословен на поле!

Благословенны те, чьи будут помнить имена…

А ты пылал и согревал собою
Чужие жизни, впавшие во тьму…
Пишу об этом с запоздалой болью,
Сложив цветы к портрету твоему.

Единственная, любимая, неповторимая, отдавшая себя нам. Дети, внуки.

Светлая (Вечная) память о тебе,
Навсегда останется в наших сердцах

Ты защищал, Господи, дело души моей; искуплял жизнь мою! (III.58).

Ты не удивляешься жизни лишь по привычке, а ведь она чудо!