Эпитафия № 3481

Не плакал ли я о том, кто был в горе; не скорбела ли душа моя о бедных? (XXX.25).

Слово для сердца надежней, чем небо для глаз —
Импульс начала и светоч предтечи конца.
Слово заблудшие души спасало не раз,
Слово разило неверных вернее свинца.

Я тяжкой доли не пугаюсь
С тех пор, как обрели покой
Все те, чье сердце, надрываясь,
Делило б горести со мной.

Что остается, кроме бессмысленного камня, если неясен замысел ваятеля?

Ему неведом страх,
А лишь вечный покой.
Все обратится в прах,
Но только не он!

Но вдруг последняя сила
В синих глазах ожила:
«Хорошо, что ты отпустила,
Как всегда ты доброй была».

Нашему маленькому ангелу, вернувшемуся на небеса.

По закоулкам земных широт
Растасовали нас, как сирот…

Мы ничего не знаем о них,
Как будто в детстве не было книг,
И учиться никто не заставил.

Умер, разочаровавшись
Безразличием людей…