Эпитафия № 3481

Есть ангел смерти; в грозный час
Последних мук и расставанья
Он крепко обнимает нас…

Он солнцем был и был луной…

Спи, бедняк! Ты честно бился,
До утраты сил, с нуждою;
Умер ты, но не склонился
Пред неправдою людскою,
Потому-то над тобою
Речь людская не слышна.

Так часто думал я, — пусть близкий смертный час
Судьба мне усладит, когда огонь погас

Прячет в ладони лицо
Юный месяц — печальный и кроткий.
Он ведь знает о том, что твой сон —
Самый сладкий и самый короткий.

Лучиком солнца остался в сердцах…

Из жизни ты ушла,
Непостижимо рано,
Родителей печаль гнетет.
В сердцах их кровоточит рана,
Сынишка твой растет,
Не зная слова «мама».

Серебром озер да грозой небес,
Засияла жизнь в острие меча.

Тело мертво для греха, но дух жив для праведности!

Так и бродят по Руси
нераскаянные блики
Тех, что Духом не смогли
душу обуздать,
Что пасли самих себя,
в зеркалах узрев великих,
Да пытались ветку-жизнь
под себя ломать.