Эпитафия № 3432

Жизнь — это работа, а отдых — брат смерти.

Прячет в ладони лицо
Юный месяц — печальный и кроткий.
Он ведь знает о том, что твой сон —
Самый сладкий и самый короткий.

Не изменили до конца
Тебе ни дружба, ни призванье.

А у нас за душой —
Небес простор
И вечный спор…

Хватит храбриться, участь у всех нас одна:
Самоубийство это уже не война.

Я — один из тех, кто давным-давно спит.

Тихо, без плача, зарыли
И удалились все прочь,
Только луна на могилу
Грустно смотрела всю ночь.

Будет осень и снова зима,
Расцветут тополя и березы,
Только с нами не будет вас
Не унять наши горькие слезы.

Я вырою себе глубокий, черный ров,
Чтоб в недра тучные и полные улиток
Упасть, на дне стихий найти последний кров
И кости простереть, изнывшие от пыток.

Я открыл бы окно, но я гость.