Эпитафия № 3366

Я слышу — смерть стоит у двери,
Я слышу — призвук в звоне чаш…

На перекрёстке солнечных дорог
Я видел утро и день.
Мои слова упали, как в песок — тень.
И мне казалось, будто я давно там,
Там, где прохлада и смех.

Увидимся там…

Боже, прости его (её) грешную душу
И прими его каким он(а) был(а)

Кто заставил тебя верить
Этой быстрой воде?
Оставляя свой берег,
Плыть навстречу беде?

Последний долг наш — камень скорбный,
Чаша горести полна.
Нет больше радости на свете.
Осталась боль и скорбь одна.

«Прощай, прощай…»
Да я и так прощаю!
Все, что простить возможно, обещаю!

А если там и вправду бог?

Мир — твоя/моя колыбель, и могила — мир!

Я никогда не жёг чужих городов,
А свои не берёг.
Я никогда не пел для сытых углов,
Пел для пыльных дорог.