Эпитафия № 3333

На моём горизонте снег,
Белый до боли в глазах,
Белый ветер, белой земли
Мёртвая полоса.

Мы были звуки музыки одной,
Которой не нарушить, не расстроить.

Друг мой, я с тобой прощаюсь!
Да, настал уже тот час:
То, что крепче пут связало —
Разделяет теперь нас.
Не настанет уж тот вечер,
Где звонок иль письмецо.
Но вдруг вспомнишь ты под вечер
Мое милое лицо.
Вспомнишь ты звон струн гитары,
Легкий шелест, тишину.
А когда ты будешь старым —
Я домой к тебе приду.
Расскажу о том, что было,
Что лежит там, впереди.
А пока живи-ка, милый,
И меня не скоро жди!

Движенье стало смыслом жизни,
Что дальше будет — все равно!

Блажен человек, которого сила в Тебе, и у которого в сердце стези направлены к Тебе! (LXXXIII.6).

Почившая здесь красота пришла
Других существ на свет настолько краше,
Что смерть, с кем естество враждует наше
Для дружбы с ним, ей жизнь оборвала.

К твоей безвременной могиле, наша тропа не зарастет.
Родной твой образ, образ милый, всегда сюда нас приведет.

Ему подписан пулей приговор

Соль боли — верой за кровь!
Зов воли — мир да любовь!
Пульс ветра — ленты дорог!
Ток неба — звезда по имени Рок!

Жизнь играет с нами в прятки, смерть — в жмурки.