Эпитафия № 3161

Умер, разочаровавшись
Безразличием людей…

А у нас за душой —
Небес простор
И вечный спор…

Не привык таким я
здесь тебя, приятель, видеть!

По светлой душе здесь Вселенная плачет
Скорбным погостным дождем

Здесь, в долине скорби, в мирную обитель
Нас земля приемлет

А ты пылал и согревал собою
Чужие жизни, впавшие во тьму…
Пишу об этом с запоздалой болью,
Сложив цветы к портрету твоему.

Он говорил, но жизни пламень
В груди больного догорал…

Льются с этих фотографий
Океаны биографий.
Жизнь в которых вся, до дна,
С нами переплетена.
Свет — и ничего другого.
Век — и никаких чудес.
Мы живых их обнимаем,
Любим их и пьем за них.
Только жаль, что понимаем
С опозданием на миг.

Перед собою
Хочу видеть пустоту,
В ней я построю
Мой замок – мою мечту.

Друг мой, я с тобой прощаюсь!
Да, настал уже тот час:
То, что крепче пут связало —
Разделяет теперь нас.
Не настанет уж тот вечер,
Где звонок иль письмецо.
Но вдруг вспомнишь ты под вечер
Мое милое лицо.
Вспомнишь ты звон струн гитары,
Легкий шелест, тишину.
А когда ты будешь старым —
Я домой к тебе приду.
Расскажу о том, что было,
Что лежит там, впереди.
А пока живи-ка, милый,
И меня не скоро жди!