Эпитафия № 3089

Тому, кто здесь лежит под травкой вешней,
Прости, Господь, злой помысел и грех!
Он был больной, измученный, нездешний,
Он ангелов любил и детский смех.
Не смял звезды сирени белоснежной,
Хоть и желал Владыку побороть…
Во всех грехах он был — ребенок нежный,
И потому — прости ему, Господь!

В тот роковой и страшный миг,
Наверное, ты крикнул — «МАМА…»!
Ни зов твой, ни последний крик
Услышать не могла, не знала…
Прости сынок, что не сумела я отвести беду твою.

Дни мои быстрее гонца пробежали

Мы желаем лучше выйти из тела, и водворитъся у Господа!

Ты посмотри,
Как этот мир прекрасен
И за него
Я жизнь готов отдать!

Кто же вздохнул у могилы,
Чья облегчается грудь?
Скорбную душу помилуй,
Господи! Дай отдохнуть.

Ты хотел всегда во всём быть только первым.
Ты хотел всех удивить.
Ты хотел держать свой звук на голом нерве.
Ты хотел не так, как все, здесь некого винить.

Наступит момент, когда намерениям уже не стать деяниями.

Ты так хотел попасть в этот дом,
И приобщиться к игре.

Жизнь прожита в согласии с добродетелью