Эпитафия № 3089

Теперь ты бредёшь дощатым полом запертых дверей.
Ты помнишь голоса своих бывших друзей.

От прошлых дней — лишь звон капели…

Тебе, Единому, Неповторимому, склоняем головы свои.

Когда могильная плита без сожаленья
Придавит робкую, изнеженную грудь,
Чтоб в сердце замерло последнее биенье,
Чтоб ножки резвые прервали скользкий путь

Я просто часть мира, которого нет,
Мой последний куплет давно уже спет…

Свеpшилось: мы умеpли оба,
Лежим с успокоенным взглядом,
Два белые, белые гpоба
Поставлены pядом.

Он сказал: «Теперь слава Богу», —
И еще задумчивей стал.
«Давно мне пора в дорогу,
Я только тебя поджидал.
Так меня ты в бреду тревожишь,
Все слова твои берегу.
Скажи: ты простить не можешь?»
И я сказала: «Могу».

Свет твоей душе, память твоему имени.

Ты, словно тень, растворилась в темноте,
Алый шарф застыл на стуле, как вчерашний день.

Ночь за ночью, день за днем — один,
Сам себе слуга и господин.
А года уходят в никуда —
Так течет в подземный мир вода.