Эпитафия № 3053

Оплакивали его/(ее) горьким плачем

Все двери будут настежь вам всегда,
Но не грустно эдак слыть мне нищу…
Я войду в одне, а вы — в тыщу.

Подскажите, как её забыть…
Знаю, вместе не дано нам быть.
Мы чужие — мы огонь и лёд,
И меня здесь вряд ли кто поймёт.

Конец! Как звучно это слово,
Как много — мало мыслей в нем;
Последний стон — и все готово,
Без дальних справок…

Сеявшие со слезами будут пожинать с радостию! (CXXV.5).

Грустно? Утри слезу.
Тихо? Лети в грозу.
Видим, как внизу
Стелется под нами…
Вековой, лес стеной…
А за ним рождаются рассветы.

О, боже праведный, тебе мы умоляем:
Столь юное созданье береги.
Её храни — она теперь твоею стала.

Хрустальный блеск
Капель дождя
На лицах тех,
Кто по крышам бредёт в никуда.

Помолчим над памятью твоей,
Затаив потери, боль и горечь…

Умирая, мы тоскуем
О несозданных мирах.