Эпитафия № 2998

В тлетворной сладости, смердящей
От гроба, дыма и цветов,
Пышнее стал сухой, блестящий
Из золотой парчи покров…

А на могиле пели соловьи,
И звезды с неба сыпали сиренью.
И раздавалось с неба ангельское пенье
О вечной и божественной любви.

С твоей душой ушло тепло,
Что грело нас зимой и летом.
Так пусто стало и темно,
О, мамочка, ты наша, где ты?

Есть каждый час, исполненный смыслом
Есть нервная суета.
И кто-то уйдёт, а кто-то
станет под пули, но не предаст.

И пусть благословят — знакомые листы,
Пусть плачут надо мной — друзья моей мечты;
О, только те, кто был мне дорог в дни былые, —
И пусть меня вовек не вспомнят остальные.

Ты меня прости,
Всё-таки я не святой.
Лучше отпусти
И не кричи во след «Стой!»

Я так от всех устал
Наверно я не спал.

Смерть стоит того, чтобы жить

Ты можешь только продлить эту муку,
Обещая мне шанс на спасение.
Ты протягиваешь мне руку,
А меня уносит течение.

Ты один только друг во все времена
Немного таких среди нас…