Эпитафия № 2987

Древние рощи веками молчат
В мире, крещённом огнём.

Любовь и смирение — вот смысл Бытия!

Отче, в руки твои передаю дух мой!

Знает синий лес да пустынный скит,
Что на два венца врос в гранит скалы,
Да еще печаль плакальниц ракит,
Да еловый дух в янтаре смолы.

Ты бы перед Ним
На колени встал,
Не стыдясь ни слов, ни слез.
Кто любил — тот и распял…

Вот этот прах, остатки бытия,
Где лика нет, где очи уж истлели, —
Урок тому, кого пленять умели,
В какой тюрьме жила душа моя.
Кто этот гроб слезами орошает,
Тот понапрасну верит, что вернет
Его слеза сухому древу плод:
Ведь по весне мертвец не воскресает.

Как много мы не досказали им/ему/ей при жизни!

Тебя не вырвут у меня.
Навек я твой, а ты моя!

Ты смиренна и послушна,
Все страхи смерти победив,
Навстречу ей шла благодушно,
Как на отеческий призыв.

В ад посылать из-за греха и женщин?
Тогда в раю, наверно, ни души…