Эпитафия № 2971

Себя, как плевел, вырвал тот,
Кого посеял дьявол.
Самоубийством от хлопот
Он господа избавил.

То ли мед, то ли горькая чаша,
То ли адский огонь, то ли хлам…
Все, что было мое, — нынче ваше.
Все для вас. Посвящается вам…

Я жду, когда ночь завесит чёрным даль
И остатки слёз небесных станут коркой льда.
Мне всё равно, плохо ли тебе одной.
Ты хотела перемен и сердцем, и душой…

Надоели животные страсти
И жестокие игры тоже,
Ах, как хочется личного счастья,
Ах, как хочется быть хорошим.

Молитвы твои и милостыни твои пришли на памятъ пред Богом!

Затихло сердце, не стерпело боли
И навсегда угас взгляд
Добрых васильковых глаз.

Плохо, если о тебе некому заботиться. Еще хуже, если не о ком заботиться тебе.

Но если жизнь — базар крикливый Бога,
То только смерть — его бессмертный храм.

Но я стал стар, что по другому уже не петь,
Но молод я, чтоб умереть.

Человек большой души,
Родной и любимый,
Ты с нами.