Эпитафия № 2858

Не слышно голоса родного, не видно добрых, милых глаз
Зачем судьба была жестока? Как рано ты ушел(ла) от нас.

Простосердечный сын свободы,
Для чувств он жизни не щадил;
И верные черты природы
Он часто списывать любил.
Он верил темным предсказаньям,
И талисманам, и любви,
И неестественным желаньям
Он отдал в жертву дни свои.
И в нем душа запас хранила
Блаженства, муки и страстей.
Он умер. Здесь его могила.
Он не был создан для людей.

Я о ней мечтал всю жизнь.
Наконец, мои желанья сбылись

Этот дождь за доской надоел давным-давно,
И увидеть блики солнца мне не суждено.

Мы будем драться, чтобы жить
За тех, кто первым был убит,
Враг словно призрак без лица,
Мы будем драться до конца.

Нет, не смирюсь до самой смерти
Со страшной ношей бытия,
Что раньше срока гибнут дети,
Что умер ты, осталась(лся) я!

Хватит притворяться живым,
Когда все вокруг мертвы,
Когда все мертвы.

Она наблюдала за хозяйством в доме своем и не ела хлеба праздности! (XXXI.27).

До того, как мы чашу судьбы изопьем,
Выпьем, милая, чашу иную вдвоем.
Может статься, что сделать глотка перед смертью
Не позволит нам небо в безумье своем.

Пляшущим шагом прошла по земле! — Неба дочь!
С полным передником роз! — Ни ростка не наруша!