Но где-то есть тот дом, где мы всегда будем желанны, А в этом доме тот, кто всегда нас поймёт и простит. И где-то есть хирург, что сотрёт все эти шрамы, И извлечёт все пули у нас из груди.
Мы с тобой в мире одни — Лишь ты и я, и темнота… Мне хочется плакать и петь, И быть с тобой, во тьме с тобой. А если вдруг явится смерть, То пусть ее зовут любовь.
Или руки мои слишком слабые, Или слёз моих недостаточно, Чтоб тебя оживить и опять заставить дышать. Или ты меня больше не слышишь И слова мои будут напрасными, И прибудет навеки в трауре моя душа.
