Эпитафия № 2761

На жизненном пути нездешних наслаждений
Искать, и требовать, и помнить смертный час,
Для неба на земле, средь горя и мучений,
Прожить всегда в добре, для ближнего трудясь.

Я никогда не жёг чужих городов,
А свои не берёг.
Я никогда не пел для сытых углов,
Пел для пыльных дорог.

Планеты проплывают мимо нас,
Следить не успевает глаз.
Уносит страх Вселенной красота —
Неуловимые цвета.

Оставил я все прошлые страданья
И молодость погибшую мою.

Спите ж вы, чья жизнь богатым садом
В зимний день, средь снега, расцвела…
Ту же песнь вам шлют колокола,
Ваши белые могилки — рядом.

Ничего…Темнота…Тишина…
Это что? Отчаянье? Слабость?
Может, во всем виновата весна?
А быть может – душевная старость?
Что с того, что ты можешь творить?
Ну и что! А кому это надо?..
Горечь такую…водой не залить.
Хамство – вот мне сегодня награда.
Спросишь, зачем же дарила себя?
Ты ведь знала, ответа не будет.
Ты ответишь, — они же друзья,
Самые милые, близкие люди.
С кем же радость свою разделить?
С кем счастьем своим поделиться?
Вы понимаете – я хочу жить
Так, чтоб жизни своей не стыдиться.

Смерть казалась лучшим выходом

Ты волной подхвачен и вознесён,
Чтоб увидеть сразу смерть и солнце.

У человека всего одна жизнь, и только её и возможно прожить достойно!

Игру беспечных сердец
Смерть ровняет в один типикон.
Лететь, предвидя конец,
Видеть землю глазами икон.