Эпитафия № 2637

С двух сторон сгорела,
Сожжена моя свеча.
Как все потемнело,
Небо и земля, прощай!

Простосердечный сын свободы,
Для чувств он жизни не щадил;
И верные черты природы
Он часто списывать любил.
Он верил темным предсказаньям,
И талисманам, и любви,
И неестественным желаньям
Он отдал в жертву дни свои.
И в нем душа запас хранила
Блаженства, муки и страстей.
Он умер. Здесь его могила.
Он не был создан для людей.

Любезные и согласные в жизни своей, не разлучились и в смерти своей! (2 кн. Царства 1.23).

Снова брошен в окна лунный свет,
Дом мой сонный серебром одет.

В сердцах у родных ты живая как прежде.
Скорбящею болью, врезаясь в гранит.
Пусть светлая память о нашей надежде
Покой её свято в веках сохранит.

Все когда-то уходят.

Нетленное тело лежит подо льдом,
А душа полыхает огнём!

Со всем усердием отдавал/(а) за веру тело и душу!

Незыблем сей порядок.
Извечен ход времен.
Да будет тих и сладок
Твой безмятежный сон!

По мне ударяют железным прутом,
Но я камень — холодный и твёрдый гранит,
Я падаю, не разбиваясь потом,
Мне не больно — я делаю вид.