Эпитафия № 2556

И ты откроешь глаза,
И ты наведёшь туалет,
И ты опять пойдешь по земле так,
Будто тебя на ней нет.

Мы навеки, сыночек, с тобой.
Боже, душу его успокой.

После вас, здесь проходят «тыщи». Смеются, нелепо гарцуют.
Написали на моем пепелище: «И здесь — танцуют»

У смерти есть своё жестокое коварство:
Щадя нередко тех, кто стар, и слаб, и хил,
Она разит того, кто полон юных сил,
Кто был казалось, так далек от входа в царство
Воспоминаний и могил.

Я до секунд всю жизнь свою измерил

Дни мои, как уклоняющаяся тень; и я иссох, как трава! (CI.12).

Блаженны плачущие ибо они утешатся.

Да, это твой конец,
И я не в силах помочь.
День ты проиграл,
Посмотрим, как ночь.

Всю жизнь ты пытаешься стать кем-то другим, а потом… умираешь

Холодно… пусто… потерянность жуткая…
Не видно итога пути. (скончанья, края пути)
Как же могла, ты — нежная, чуткая,
Так беспощадно уйти!