Эпитафия № 2528

Но кто постиг, что вечный мрак — отрада,
С тем вступит Смерть в союз любви живой,
И от ее внимательного взгляда
К страдальцу сон нисходит гробовой

От праха черного и до небесных тел
Я тайны разглядел мудрейших слов и дел.
Коварства я избег, распутал все узлы,
Лишь узел смерти я распутать не сумел.

И если вы скончались в вере,
Как христианин, то гранит
На сорок лет, по крайней мере,
Названье ваше сохранит.

Есть нечто, что со мною не умрет,
А эхом в поколеньях оживет

Каждый рассвет
Ты исчезаешь в поднебесье,
Каждую ночь,
Как наважденье, мчишься ко мне.

Ходил/(а) во все дни жизни путями истины и правды!

Их лица совсем молодые,
Но души изломаны, души болят.

Господи, мы уповали на Тебя; к имени Твоему и к воспоминанию о Тебе стремилась душа наша! (XXVI.8).

Сей нищий воззвал, — и Господь услышал, и спас его от всех бед его! (XXXIII.7).

Но и ее смерть жадная/алчная скосила