Эпитафия № 2433

Иль, полным благодатной силы
Цветку расцвесть в руке творца,
Чтобы скорбящих у могилы
Родные врачевать сердца?..

Тому, кто здесь лежит под травкой вешней,
Прости, Господь, злой помысел и грех!
Он был больной, измученный, нездешний,
Он ангелов любил и детский смех.
Не смял звезды сирени белоснежной,
Хоть и желал Владыку побороть…
Во всех грехах он был — ребенок нежный,
И потому — прости ему, Господь!

О! сколько муки в знанье том,
Когда мы тут же узнаем,
Что милому уже не быть!
И миг тот мог я пережить!

Слишком медленно тянется время,
Я боюсь не дождаться рассвета,
Да и что он изменит, если темно внутри…

Все возвращается на круги своя.

Из душного тёплого места
Тянут за ноги и руки
Те, кто из того же теста,
Родные, друзья, подруги.

Отчаянье? — Нет!
Пониманье и смиренье…

Смерть — это стрела, пущенная в тебя, а жизнь — то мгновение, за которое она до тебя долетает.

В этой реке слишком много слез,
но их поглотит Океан…

Живи живой, спокойно тлей мертвец!
Всесильного ничтожное созданье,
О человек! Уверься наконец:
Не для тебя ни мудрость, ни всезнанье!