Эпитафия № 2371

Он мудрецом не слыл, и храбрецом не слыл,
Но поклонись ему – он человеком был.

Изыдут сотворшии благая в воскрешение живота!

Тебе наградой был тот краткий миг
Сознанья, что вершины ты достиг,
Но вдруг ты ушел за тот перевал,
За тот перевал, где ни кто не бывал.

Сквозь перекрёстки дорог
Своей земли, не чувствуя ног,
Меня несёт
За горизонт.

Я воззвал к Тебе, Господи, я сказал: Ты — прибежище мое и часть моя на земле живых! (CXLI.5).

Теперь/уже/отныне вне времени

Кто нам скажет рассказ этой смерти безмолвной?
Кто над тем, что грядет, приподнимет покров?
Кто представит нам тени, что скрыты, как волны,
В лабиринтной глуши многолюдных гробов?
Кто вольет нам надежду на то, что настанет,
С тем, что здесь, что вот тут, что блеснет и обманет?!

Что можно построить такими руками ?
Но я делала всё, что могла:
Высекала узоры на камне
И плавила из стекла.

Годы вдаль летели, но
Спутника вернее не найти.

Помни/(пойми), что жизнь — твое творенье!