Эпитафия № 2299

На крепко сомкнутых губах
Улыбка кроткая застыла,
И что-то радостное было
В его младенческих чертах.

Ничего никому уж нельзя объяснить.
И уже никогда никому не понять.
Лишь возьми мою боль поцелуем своим,
Помоги страшной пытки страданья унять…

Пусть душа моя кричит от боли,
Пусть в глазах стоит густой туман,
Лучше камнем вниз, чем жить по чьей-то воле.
Этот путь я выбрал сам.

Умолк твой голос навсегда,
И сердце жаркое остыло,
Лампаду честного труда
Дыханье смерти погасило.

Я так устал от снов,
Я не могу больше спать!
Свет своих оков
Я так хочу разорвать.

Как мало молодость жила!
Цвели б любовь и человечность
Да жизнь другая позвала
И навсегда ушла ты в вечность…

Слава, честь и миръ всякому делаюшему благое!

Тот, у кого руки неповинны и сердце чисто

Под тенью миртов и акаций
В могиле скромной сей
Лежит прелестная подруга юных граций:
Ни плачущий Эрот, ни скорбный Гименей,
Ни прелесть майской розы,
Ни друга юного, ни двух младенцев слезы
Спасти Полину не могли!
Судьбы во цвете лет навеки обрекли
Ее из пламенных объятий
Супруга нежного, детей, сестер и братий
В объятья хладные земли…

Уйдя из жизни все еще живешь ты
В наших помыслах, мечтаньях.
Судьбой дарованного не переживешь.
Мы помним о тебе и в радостях и в муках