Эпитафия № 2263

Вот и гляжу, и таю,
Любовь моя,
Видно, уж ты такая
Ненаглядная!

Я слезы лью, о прошлом грудь тоскует.
Но хладен ты, душа уже вдали!

Последний звук струны моей,
Как вестник смерти, пронесется
И, может быть, в сердцах людей
На тайный вздох их отзовется;
И мир испуганный вздрогнет,
И в тихий час залогом славы,
В немой тоске, на гроб кровавый
Слезу печали принесет.

В этой реке слишком много слез,
но их поглотит Океан…

Чужие и свои!
Я обращаюсь с требованьем веры
И просьбой о любви…

Погибла только лишь для света,
А в памяти семьи родной
Улыбкой теплого привета
Живет твой образ дорогой.

В Боге спасение мое и слава моя; крепость силы моей и упование мое в Боге! (LXI.8).

Нам бы слово твоё хоть одно,
Нам бы руку твою на плечи,
«Слышишь папа!»- мы знаем одно,
Нам бы стало намного легче…

Спи, бедняк! Без сожаленья
Ты расстался с этим миром,
Что бросал в тебя каменья,
Оттого что на служенье
Лжи его, его кумирам
Ты себя не обрекал.

К нему, к нему, далекому навек,
Бегущему по водам Океана,
Чтоб отдохнуть на устьях мощных рек,
Средь стройных мачт родного каравана…