Эпитафия № 2242

Мы уже почти не отводим глаз.
Мы уже почти поём.
Мы уже почти видим небо.
Мы уже почти встали в рост.

Прости меня, мальчик весёлый,
Совёнок замученный мой!
Сегодня мне из костёла
Так трудно уйти домой.

Господи Иисусе Христе, в наших слезах прими его покаяние.

Мне красоту пожаловал Господь,
Родитель же мне передал лишь тело;
Но если Богом данное истлело,
Что ж смертная от смерти примет плоть?

Любить — это так глупо:
Всё получилось не так, как хочется.
Лезут холодные,
Скользкие щупальца в мир одиночества.
Калечат и ранят, и сердце сжимают вежливой ложью,
Но мы же не станем холодными, скользкими тоже!

Пока война у нас не под запретом,
Таков порядок будет в мире этом…

О Время! Все несется мимо,
Все мчится на крылах твоих:
Мелькают весны, медлят зимы,
Гоня к могиле всех живых.

Все будут одинаковы в гробу.
Так будем хоть при жизни разнолики!

И кажется почему-то,
Что там веселей и теплей,
Что там настоящие люди,
Приветливей и родней.

И делал он угодное в очах Господних, и не уклонялся ни направо, ни налево!