Эпитафия № 2236

Вот он причислен к сынам Божьим, и жребий его — со святыми!

Меж нами стена из холодного оцепенения
И нет больше слов достаточно важных,
И нет больше жестов достаточно резких,
Ни грубость, ни нежность уже не имеют значения.

Зачем не к ликам, старостью измятым,
Пришла ты, Смерть, а сорвала мой цвет?
— Затем, что в небесах приюта нет
Запятнанному тленьем и развратом.

Душу исцелило бы,
Заглушило б крик,
Солнце наше милое,
Покажись на миг…

Необратимость неумолима…

О, лучше умри поскорее,
Чтоб юный красавец сказал,
«Кто был этой девы милее?
Кто раньше её умирал?»

От прошлых дней — лишь звон капели…

Благославляю все, что было.
Я лучшей доли не искал/(а)

Сменяют друг друга шторма и штили,
Безумствуют вихри космической пыли,
Меняется мир — и лишь я остаюсь неподвижной.

Скажи мне, мой ангел, зачем ты явилась,
Зачем в мою душу внесла непокой?
Зачем мое сердце к тебе устремилось,
Зачем я в безумье брожу сам не свой?