Эпитафия № 2215

Боже!.. Тебя жаждет душа моя, по Тебе томится плоть моя в земле пустой, иссохшей и безводной! (LXII.2).

Как странно бывает,
Но даже нежность порою
Нам причиняет боль.

Не разъединишь
две золотые нити.
Не прервешь невидимого танца.
Не удержишь волну.
Замер целый мир,
затаив дыхание,
на кончиках твоих пальцев…
И я не смею вздохнуть.

Как безжалостна жизнь была к тебе.
Так пусть милосердны будут небеса!

Близко к боящимся Его спасение Его. (84.10)

Вспоминаю я годы иные.
Рядом ты и родных голоса.
А на очи, давно уж сухие,
Как искра, навернулась слеза.

Масштабом личности шагнул
За грани собственного века.

Господи, на земле он имел печали и скорби,
Дай ему на небе отраду.

То ли мед, то ли горькая чаша,
То ли адский огонь, то ли хлам…
Все, что было мое, — нынче ваше.
Все для вас. Посвящается вам…

Казалось, спал он и видений
К нему нисходит светлый рой,
А не сразил своей косой
Ребенка мрачный смерти гений.