Эпитафия № 2214

Как странно бывает,
Но даже нежность порою
Нам причиняет боль.

Достигая совершенства в короткое время, он исполнил долгие лета!

Есть нечто, что со мною не умрет,
А эхом в поколеньях оживет

Мы будем вечно о тебе скорбить,
Страдать, молиться, верить и любить.

Не смотрю я на пройденный путь,
На безумье растраченных лет;
Я могу беззаботно уснуть,
Если гимн мой последний допет.

К благой судьбе я смертью приведен:
Бог не желал меня увидеть старым,
И так как рок не властен большим даром,
Все, кроме смерти, было б мне в урон.
Вот этот прах, остатки бытия,
Где лика нет, где очи уж истлели, —
Урок тому, кого пленять умели,
В какой тюрьме жила душа моя.
Кто этот гроб слезами орошает,
Тот понапрасну верит, что вернет
Его слеза сухому древу плод:
Ведь по весне мертвец не воскресает.
Мне красоту пожаловал Господь,
Родитель же мне передал лишь тело;
Но если Богом данное истлело,
Что ж смертная от смерти примет плоть?
При жизни я кому-то жизнью был,
И с той поры, как сделался я прахом,
Ревнивый друг ждет смерти, мучим страхом,
Чтоб кто-нибудь его не упредил.

Слава, честь и миръ всякому делаюшему благое!

Нет сильнее муки,
Чем детей терять…

Последний долг наш — камень скорбный,
Чаша горести полна.
Нет больше радости на свете.
Осталась боль и скорбь одна.

Мы гордимся твоей жизнью
И скорбим о твоей смерти…