Эпитафия № 2172

В тюрьме жила душа моя,
И лишь со смертью обрела свободу.

Слёзы наши не измерить,
Любовь к тебе не погасить.

Боль, только боль
До конца честна со мной.
Лишь она бывает сладкой,
Но все чаще злой.

Я — первый Бог, что обречён
Жить под землёю,
Видеть агонию и боль
Творений рук моих.

Нам не поведал ангел света
Зачем, когда переносил
К нам райский цвет он в час расцвета,
Его он в бездну уронил.

Ты перешел в последнее жилище,
Я всё в пыли, но вижу свой конец.

Пойдем в дом Господень! (CXXI.1).

Мы тебя никогда не увидим, мы тебя никогда не забудем

Мы были звуки музыки одной,
Которой не нарушить, не расстроить.

Только скажи,
Что не забудешь тех лет!