Эпитафия № 2012

С каждым жестом тоньше нить,
С каждым днем яснее код.
Не спасти, не схоронить
Тех, кого казнил народ.

С двух сторон сгорела,
Сожжена моя свеча.
Как все потемнело,
Небо и земля, прощай!

Отгорел…

Я дни мои влачу, тоскуя
И в сердце образ твой храня,
Но об одном тебя прошу я:
Будь ангел смерти для меня.

К благой судьбе я смертью приведен:
Бог не желал меня увидеть старым,
И так как рок не властен большим даром,
Все, кроме смерти, было б мне в урон.
Вот этот прах, остатки бытия,
Где лика нет, где очи уж истлели, —
Урок тому, кого пленять умели,
В какой тюрьме жила душа моя.
Кто этот гроб слезами орошает,
Тот понапрасну верит, что вернет
Его слеза сухому древу плод:
Ведь по весне мертвец не воскресает.
Мне красоту пожаловал Господь,
Родитель же мне передал лишь тело;
Но если Богом данное истлело,
Что ж смертная от смерти примет плоть?
При жизни я кому-то жизнью был,
И с той поры, как сделался я прахом,
Ревнивый друг ждет смерти, мучим страхом,
Чтоб кто-нибудь его не упредил.

Ни разумом, ни сердцем не постичь
Бездны горя и утраты.

Я не могу поверить в то, что время лечит,
Что боль и грусть проходят вместе с ним.

Я все время плыл по теченью дней,
Были сном мечты.

Ты хмуришься вечно,
Я так беспечна,
Не быть нам вдвоем.
Мы разные песни поем:
Ты о вечном,
А я о земном.

Ты ждёшь меня
В мире потерянных снов,
В мире пропавших вещей.
У стены, увитой сухим плющом,
Опустив ноги в ручей…