Эпитафия № 1995

Голос твой заблудился здесь,
День и ночь он звучит во мне.

Время силы крадет,
Давит груз прожитых лет.
Зная, что его ждет,
Феникс стремится к земле.

На жизненном пути нездешних наслаждений
Искать, и требовать, и помнить смертный час,
Для неба на земле, средь горя и мучений,
Прожить всегда в добре, для ближнего трудясь.

Две руки, легко опущенные
На младенческую голову!
Были — по одной на каждую —
Две головки мне дарованы.

Но обеими — зажатыми —
Яростными — как могла! —
Старшую у тьмы выхватывая —
Младшей не уберегла.

Ты сам решил пойти на риск,
Никто не крикнул — берегись,
И ты покрасил свой шлем в чёрный цвет.
Как зверь мотор в ночи ревёт,
Пустырь, разъезд и разворот,
Ты мстил за груз нелюбви прошлых лет.

Жил праведно и непрестижно.
Ушел… Сгорел скоропостижно.

Как бессмысленно жестока смерть любви/(любимых)!

Как безжалостна жизнь была к тебе.
Так пусть милосердны будут небеса!

А выше облаков
Дышит, как живет
МИР да ЛЮБОВЬ!

Здесь рок послал безвременный мне сон,
Но я не мертв, хоть и опущен в землю:
Я жив в тебе, чьим сетованиям внемлю,
За то, что в друге друг отображен.