Эпитафия № 1981

Господь Бог да учинит душу его, идьже праведнии упокоеваются!

Пусть головы моей рука твоя коснется
И ты сотрешь меня со списка бытия,
Но пред моим судом, покуда сердце бьется,
Мы силы равные, и торжествую я.

Жизнь — это островок смысла в океане бытия.

Ты рядом, и все прекрасно:
И дождь и холодный ветер.
Спасибо тебе, мой ясный,
За то, что ты был на свете.
Мы рядом, а ведь могли бы
Друг друга совсем не встретить…

Не нужны надписи для камня моего,
Скажите просто здесь: он был и нет его!

Лишь изредка обряд печальный,
Свершая поминальный час,
Металла голос погребальный
В набат оплакивает нас.

Все решено, и он спокоен,
Он, претерпевший до конца, —
Знать, он пред богом был достоин
Другого, лучшего венца —
Другого, лучшего наследства,
Наследства бога своего,—
Он, наша радость, с малолетства
Он был не наш, он был его…

Восторжествуют святые во славе, радуются на ложах своих! (CXLIX.5).

Движенье стало смыслом жизни,
Что дальше будет — все равно!

И я знаю, что
Жизнь даётся лишь раз свыше,
Но я жить не хочу тише.