Эпитафия № 1960

От смерти спешить некуда,
А все-таки — спешат.

Есть в близости каждой предвестники смерти:
Увядшие листья, поникшие ветви,
Погасшие взгляды, безвольно упавшие в руки.
Ты ещё говоришь, но теряется ясность,
И меня поглощает тяжёлый и вязкий
Туман, сквозь который с трудом пробиваются звуки.

Тот день, когда погас твой взор
И сердце перестало биться,
Для нас стал/(был) самым страшным днем,
И никогда с ним не смириться!

В мире двусмысленном ангел двуликий
Стал сводным братом моим.

Что это было — вечность или миг
То время, что бродил по свету?
За этот миг или за вечность эту —
За эту жизнь благодарю я мир.

Господи Иисусе Христе, в наших слезах прими его покаяние.

Итог жизни определяет не возраст, а добрые дела и светлая память!

Но вдруг последняя сила
В синих глазах ожила:
«Хорошо, что ты отпустила,
Как всегда ты доброй была».

Тот, у кого руки неповинны и сердце чисто

Благочестивый и боящийся Бога со всем домом своим, творивший много милостыни народу и всегда молившийся Богу!