Эпитафия № 1895

Поговори со мною, мама!

Не поздний вихрь, не бурный ливень летний
Тебя сорвал с родимого сучка:
Был многих краше, многих долголетней,
И сам собою пал, как из венка!

Едва блеснула в ней/(нем) небесная душа,
И к Солнцу всех миров поспешно возвратилась.

Черных дней череда.
Солью слез мстит вода
Тем, кто жил кое-как.
Быть может, это горе нас соберет в кулак.

Все же конец мой — еще не конец.
Конец — это чье-то начало.

Голос твой затих,
Растворяясь в ночи —
Ты исчезла во мгле,
Словно пламя свечи.

Она воздавала добром, а не злом во все дни жизни своей! (XXXI.12).

Люди, добрые люди,
Пусть наш мир добром, добром прибудет!

Как рано оборвался твой жизненный полет
Доставив боль, разрушив все надежды
И каждый бы из нас все-все отдал,
Чтобы вернуть тебя, чтоб было все как прежде..

Брат, столько лет сопутствовавший мне,
И ты ушел — куда мы все идем,
И я теперь — на голой вышине
Стою один, — и пусто все кругом…