Эпитафия № 1892

Хрустальный блеск
Капель дождя
На лицах тех,
Кто по крышам бредёт в никуда.

Жизнь разбивает
Все надежды и мечты.

Знаю, безвластна могила,
Смерть пред воскресшим смиряется…
То, в чем душа изменила,
Не повторяется.

Во многой мудрости много печали, и кто умножает познания, умножает скорбь

Всем бы их вся, да всяко некия спасу!

Я убит,
Но возмездие спешит!

Есть слова, что не скажешь и на ухо,
Разве только что прямо уж — в губы…
Милый, дверь затворила я наглухо…
Как с тобою мне страшно и любо!

Под тенью миртов и акаций
В могиле скромной сей
Лежит прелестная подруга юных граций:
Ни плачущий Эрот, ни скорбный Гименей,
Ни прелесть майской розы,
Ни друга юного, ни двух младенцев слезы
Спасти Полину не могли!
Судьбы во цвете лет навеки обрекли
Ее из пламенных объятий
Супруга нежного, детей, сестер и братий
В объятья хладные земли…

Смерть обращает жизнь в судьбу.

Древние рощи веками молчат
В мире, крещённом огнём.