Эпитафия № 1828

Здесь под слоем гальки и песка
спит моя последняя тоска…

Там, внизу, горел асфальт
От сбитых с неба звезд.
Мне хотелось ветра,
Чтобы бил наотмашь и насквозь.

Вспоминаю я годы иные.
Рядом ты и родных голоса.
А на очи, давно уж сухие,
Как искра, навернулась слеза.

Есть каждый час, исполненный смыслом
Есть нервная суета.
И кто-то уйдёт, а кто-то
станет под пули, но не предаст.

И если вы скончались в вере,
Как христианин, то гранит
На сорок лет, по крайней мере,
Названье ваше сохранит.

Живая жизнь давно уж позади,
Дни сочтены, утрат не перечесть.
Молю: прости, господь, и пощади!
В смирении надеясь на благую весть.

Ветхий храм разрушить,
Греть надеждой души,
И увидеть Солнце…

Все, что будет, я забуду.
Это — сон чужой.

Над временем и вне времени

Он в белом гробике своем
Лежал, усыпанный цветами;
Деревья тихо под окном
Качали темными ветвями.