Эпитафия № 1789

Что-то новое в пении птиц,
Значит, нам прошлое не вернуть назад!

Без страха в час последней муки
Покинув свет,
Отрады ждал я от разлуки —
Разлуки нет.

Я — один из тех, кто давным-давно спит.

Умершим мир! Но мы, мы дышим,
Пока по жилам бьется кровь,
Мы все призывы жизни слышим
И твой священный зов, Любовь!

Всё на месте — цветы и трава,
Ты сгорел — я осталась жива.

Человек, сохрани непреклонность души
Между бурных теней этой здешней дороги,
И волнения туч завершатся в тиши,
В блеске дивного дня, на лучистом пороге,
Ад и рай там оставят тебя, без борьбы,
Будешь вольным тогда во вселенной судьбы.

Последний долг наш — камень скорбный,
Чаша горести полна.
Нет больше радости на свете.
Осталась боль и скорбь одна.

Мы теряем друг друга на этой войне.
Небо в огне, а ты говоришь мне,
Что мы никогда не умрём.

Стихнет шепот песочных часов,
Выскользнут в море алмазные четки.
Ты — мой самый несбыточный сон:
Самый сладкий и самый короткий.

До срока и судьба, и жизнь — одно и то же.
Но час пробьет, и жизнь судьбою назовут.