Эпитафия № 1777

И пришлось нам нежданно-негаданно
Хоронить молодого стрелка,
Без церковного пенья, без ладана,
Без всего, чем могила крепка…

В небе знаков для нас нет больше.
Облака примерзли ко льду.
Все маршруты ведут в замерших
Вечный холод и пустоту.

Смерть не дала мне, погребя во мгле
Ту красоту, что здесь была моею,
Вернуть ее всем тем, кто скуден ею,
Чтоб прежним мне воскреснуть на земле.

Мне красоту пожаловал Господь,
Родитель же мне передал лишь тело;
Но если Богом данное истлело,
Что ж смертная от смерти примет плоть?

Или руки мои слишком слабые,
Или слёз моих недостаточно,
Чтоб тебя оживить и опять заставить дышать.
Или ты меня больше не слышишь
И слова мои будут напрасными,
И прибудет навеки в трауре моя душа.

Ныне отпущаемые раба твоего/(рабы твоей) Владыко по глаголу твоему с миром.

Как быть, если рухнули мечты,
Если никому не нужен ты
В мире боли и обмана?

За то, что он возлюбилъ Меня, избавлю его, защищу его, потому что он познал имя Мое!

Ты — невинный ангел,
Ангел поднебесья.
В этой жизни странной
Ты не моя

Знаю, это может быть
только раз в столетье, —
ты случайно глянешь вниз
и меня заметишь…