Эпитафия № 1777

Последний долг наш — камень скорбный,
Чаша горести полна.
Нет больше радости на свете.
Осталась боль и скорбь одна.

Не плачьте обо мне, когда уйду.
Ведь в небе вы отыщете звезду.
И отойдет от вас моя печаль.
Ведь до моей звезды такая даль

Но вдруг последняя сила
В синих глазах ожила:
«Хорошо, что ты отпустила,
Как всегда ты доброй была».

Ты говоришь, а ветер стонет в деревьях,
И шар земной из-под ног уплывает.
Наверное, пройдёт какое-то время
Прежде, чем я всё осознаю.

Жил один музыкант, он на скрипке играл
Был в нем редкий талант, что народ восхищал
И на сцене всегда умереть он мечтал
Когда смерть увидал — коду не доиграл.

Великое ничто не изменяет!

Вечной будет о тебе
Слеза матери, грусть отца,
Одиночество братика.

Невидимой цепью
Жизнь связана тесно
С таинственной смертью.

Пролились слезы поневоле,
Когда пришел разлуки час.

Прости прости что не долю били, прости прости что не смогли помочь