Эпитафия № 1758

Продрогшая любовь бродила по пустым,
Холодным улицам в своём сиротском платье.
Стояла у стены с протянутой рукой,
Просила то, чего никто не смог бы дать ей.

В груди огонь, слеза в очах,
Давно без пищи этот пламень,
И слезы падают на камень.

Благочестивый и боящийся Бога со всем домом своим, творивший много милостыни народу и всегда молившийся Богу!

Я не могу поверить в то, что время лечит,
Что боль и грусть проходят вместе с ним.

Она стоит перед глазами:
Живьем, с улыбкой на устах…
Нет, не ушла! Она всё с нами,
И будет жить у нас в сердцах!

В РУЦИ ТВОИ ГОСПОДИ
ПРЕДАЮ ДУХ МОЙ.

Я плыл в черной пустоте.
Я обретал покой.
Свет в конце тоннеля,
Как магнит, тянул к себе дух мой.

И смерть и жизнь — родные бездны;
Они подобны и равны,
Друг другу чужды и любезны,
Одна в другой отражены.

Что собирали отцы,
Нас научили беречь:
Вера родной стороны,
Песня, молитва да меч.

Что можно построить такими руками ?
Но я делала всё, что могла:
Высекала узоры на камне
И плавила из стекла.